Третья газовая, или России — газпромовская труба

Пока в Давосе группа видных отечественных экономистов изумляла аудиторию, измученную многолетними уговорами инвестировать в Россию, сценариями развития страны — один мрачнее другого, — на которые премьер Медведев реагировал в духе «не верю» и призывами не бояться Газпрома, неподалеку собственный банкет давала украинская делегация.
Поводом к нему стало подписание соглашения между Shell Exploration and Production Ukraine Investment и компанией «Недра Юзовская» о совместном освоении месторождений сланцевого газа на украинской территории — «прекрасное событие», по выражению присутствовавшего Виктора Януковича.
И в этом с украинским президентом не поспоришь. Достаточно сказать, что при удачном стечении обстоятельств инвестиции в проект могут составить более 10 млрд долл., благодаря чему уже к 2020 году Украина сможет добывать здесь порядка 8-10 млрд кубометров газа в год.
Чтобы понять, что означают эти цифры для местной экономики, немного статистики. В 2012 году Украина добыла у себя 20,2 млрд кубометров газа, то есть в два с лишним раза меньше, чем потребила (54,7 млрд кубометров). Для покрытия дефицита пришлось использовать топливо из подземных хранилищ, а еще 32,9 млрд кубометров импортировать. Из них большая часть — 24,9 млрд кубометров — пришлась на закупки НАК «Нафтогаз Украины» российского топлива по контракту с Газпромом от 2009 года. Тому самому, из-за которого сегодня сидит Юлия Тимошенко. И обошлись они недешево — 10,3 млрд долл. при среднегодовой цене в 414,5 долл. за тысячу кубометров.
Не секрет, что все последнее время Украина настойчиво добивалась пересмотра кабального договора с российской монополией, согласно которому она обязана приобретать не менее 41,6 млрд кубометров газпромовского топлива на условиях «бери или плати». И сегодня вынуждена переплачивать за него примерно треть цены по сравнению с европейским спотовым рынком. Но несмотря на все старания Киеву до сих пор так и не удалось добиться здесь серьезных прорывов.
Неудивительно, что все это время украинская сторона энергично искала альтернативу дорогому российскому топливу, в чем достигла известных успехов. В том числе с ноября прошлого года начала закупать более дешевый газ у германской RWE, а также приступила к переговорам об импорте СПГ с Алжиром, Катаром и Норвегией. Для его приема под Одессой должен быть построен терминал мощностью до 10 млрд кубометров в год — соответствующие переговоры сегодня идут с корейской KOGAS и китайской CNPC.
В Citibank подсчитали, что, с учетом планов по разработке сланцевых месторождений, к 2018 году эти каналы дадут Украине порядка 25 млрд кубометров газа. Несложно убедиться, что ровно столько Киев сегодня закупает у Газпрома.
Как бы то ни было, до сих пор перспективы сланцевой революции на Украине российского монополиста волновали не особенно сильно. Во всяком случае, на словах. Представители Газпрома высказывались в том духе, что планы Киева по наращиванию собственной добычи не могут принципиально изменить ситуацию на местном рынке.
Однако этот тезис плохо согласуется с реакцией Газпрома на давосские договоренности Украины с Shell. В субботу в «Нафтогазе» сообщили о предъявленных компании претензиях со стороны Газпрома на сумму 7 млрд долл. за недобор топлива в прошлом году.
До этого российская монополия взирала на то, как «Нафтогаз» по факту нарушает контрактные обязательства с олимпийским спокойствием. Но, как выясняется, просто выжидала подходящего момента.
Пока сложно сказать, по какому сценарию будут развиваться события в «третьей газовой». Хотя столь же драматичной, как две предыдущие «войны», она будет едва ли. Надо признать, Москва подготовилась к ней неплохо. После запуска «Северного потока» доля Украины в совокупном транзите экспорта Газпрома в Европу в прошлом году впервые опустилась ниже половины — до 42%. И может снизиться еще больше после того, как будут достроены две дополнительных нитки, «Южный поток» и реконструирована ГТС Белоруссии. В итоге экспортные мощности Газпрома в европейском направлении вырастут с нынешних 255 млрд до гигантских 375 млрд кубометров в год. Правда, обойдется это удовольствие недешево — эксперты называют цену порядка 25 млрд евро. Но кто в Москве станет мелочиться ради возможности дожать братский украинский народ.
Как бы то ни было, с нетерпением ожидаемая в Кремле победа в разгорающейся с новой силой «газовой войне» с Украиной, даже если она случится, окажется пирровой. Прежде всего, новый виток противостояния устремляет к нулю шансы Москвы добиться от Киева того, чего в свое время удалось Коле Остен-Бакену от подруги его детства Инги Зайонц. Без любви же рассчитывать на искреннее и полноценное участие Украины в российском проекте экономической интеграции на постсоветском пространстве — ради чего, собственно, все и затевалось — не приходится. Пропорционально возрастают шансы на то, что Газпром продолжит терять украинский газовый рынок, а с ним и газовый рынок Европы, которая — к гадалке не ходи — теперь удвоит свои усилия в поисках альтернативы российскому газу. Зови Медведев из Давоса, не зови.
В этом свете планы Газпрома увеличить к концу нынешнего десятилетия поставки в ЕС с нынешних 150 млрд кубометров еще на 100 миллиардов иначе как призрачными не назовешь. Да и этого окажется мало, чтобы заполнить пустую на треть золотую газпромовскую трубу, которая при таких раскладах, кажется, только и светит прочно сидящей на ней российской экономике — читай доклады давосских провидцев.

Владимир Волков

Комментарии закрыты.